Ислам в судьбах абазинского народа

За пределами исторической Родины

Как свидетельствуют исторические документы, в 1860–61 гг., «не найдя ожидаемых выгод и удобств под покровительством Оттоманской Порты», мигранты попытались вернуться на родину. Только в 1861 г. сухопутным путем через Азербайджан на родину сделали попытку возвратиться от 8 до 10 тысяч мигрантов. Но здесь у них уже не было ни дома, ни имущества, как правило, их земли уже тоже были переданы другим владельцам. Кавказский комитет, считая, что «возвращение из Турции бездомных и истративших в переездах все свое имущество кавказских выходцев может быть опасно для края и послужит к увеличению разбоев и грабежей», предложил всех мигрантов, возвращающихся морем, не завозя ни в один из кавказских портов, направлять на Дон и расселять в землях Войска Донского, а возможно и дальше, в глубинке Российской империи. Тех же, кто прибывает через сухопутную границу, предлагалось отправлять в Баку, а оттуда морем в Астрахань (1).

Однако в итоге, уроженцам Кавказа, перешедшим в турецкое подданство и желающим вернуться в Россию, чтобы вновь принять русское подданство, в принятии документов на пересечение границы было решено и вовсе отказывать. Российская дипломатическая Императорская миссия в Константинополе разослала об этом циркуляры по всем консульствам в странах Османской Империи. Не давались разрешение на пропуск через российскую границу и тем, кто просрочил свои паспорта и не мог доказать уважительной причины этой просрочки. В случае, если же кому-то из кавказских переселенцев удастся вернуться домой без консульских пометок в паспорте, с просроченными документами, то таких было рекомендовано ссылать на вечное поселение во внутренние районы России. У тех же, кто имеет непросроченные паспорта и «ничем не изобличаются во вступлении в турецкое подданство», требовалось брать показания о наличии собственности и земельного надела на Кавказе.

В случае положительного ответа этим людям выдавалось разрешение на пересечение русской границы, но с предупреждением, если сообщенные ими сведения не подтвердятся, то они не будут поселены на места своего прежнего жительства, и их дело поступит на рассмотрение властей. Как правило, впоследствии такие граждане направлялись на постоянное место жительства в Оренбургскую губернию. В сомнительных случаях разрешение на въезд не выдавалось до получения положительного ответа от местных кавказских властей.

Сами горские народы, казалось, порою не понимали сути происходящего. Например, караногайцы, кочующие на востоке Ставропольской губернии, недалеко от Кизляра, собирались переселяться только потому, что между ними прошел слух, будто между российским царем и турецким султаном заключен договор, по которому все мусульмане будут «выпущены» из России в Турцию. В народе также говорили, что едва ли не все поголовно должны спешить к султану — верховному главе всех правоверных. Слухи эти поддерживались и подогревались абсолютно немногочисленной прослойкой фанатично настроенных верующих, которым остальные боялись возражать, не имея ни о чем точной информации.

По данным некоторых турецких источников, в 1864 году до 75% абазин были вынуждены переселиться на османские территории, после чего на родных землях (современная Карачаево-Черкесия) осталось до 10 тысяч человек (2). На наш взгляд, подобные расчеты являются весьма приблизительными, потому что точной статистики переселенцев ни в Российской, ни в Османской империях не велось. С полной уверенностью мы можем говорить лишь о численности абазинского населения, оставшегося на Северном Кавказе, поскольку, начиная с ХХ века велся регулярный статистический учет всего населения РФ. Согласно данным переписи 2010 года, на Северном Кавказе проживают 36919 абазин. Наиболее многочисленная абазинская диаспора находится в Турции.

В ХХ веке этнические меньшинства Турецкой Республике подвергались насильственной ассимиляции. Официальной политикой правительства было создание единой турецкой нации. На основании Закона о языке 1932 года, детям в школах было запрещено говорить на других языках, кроме турецкого. На основании Закона о фамилии, кавказцы должны были менять свои фамилии, турецкий народ считался народом, «Состоящим из исламских групп». Менялись наименования сел, организовались кампании под лозунгами: «Гражданин, говори на турецком языке!» «Счастливый тот, кто называет себя турком». Решения родителей, давших своим детям кавказские имена, были обжалованы в судах, и судьи меняли имена детей (3). После второй мировой войны Турция перешла от однопартийной к многопартийной системе и в стране начали создаваться культурные национальные объединения. Но численность многих народов в Турции так и не была определена, потому что вследствие общей атмосферы в стране люди не хотели отвечать на вопрос о родном языке.

Массовая урбанизация, разобщенность, возникшая после переселений внутри страны, широкая трансляция радио и телевизионных программ, начиная с 1980-х годов, отток молодежи в города для получения образования стали причиной утраты молодым поколением родного языка, утраты основ национальной культуры. Родной язык и культуру сохраняли в основном сельские жители. Городское население предпочитает турецкий язык и культуру.

В настоящее время в странах бывшей Османской Империи (Турции, Сирии, Иордании, Египте и ряде других стран) проживает большое количество потомков абаза. Только внутри Турции, по некоторым сведениям, проживает от 300 до 500 тысяч абазин и абхазов. Но, как отмечалось выше, численность эта называется приблизительно. В арабских странах (бывших вилаятах Османской империи) к началу XXI века в основном произошла ассимиляция – слияние ряда адыго-абхазских народностей в единый культурный конгломерат. Так было, например, в Иордании, где все адыго-абхазские народы объединились с целью противостояния угрозе культурной ассимиляции, избрав единый язык для своего общения – кабардинский, для внешнего окружения позиционируя себя как единая, черкесская, община. В настоящее же время молодое поколение стремительно утрачивает знание и кабардинского языка, переходя в повседневном общении полностью на арабский язык.

Поскольку в Турции осталась большая часть переселенцев абаза (так турки называют и абазин, и абхазов), они могли сгруппироваться здесь в компактные населенные пункты, причем абазинские и абхазские села, как правило, не смешивались. По имеющимся данным, абазины и абхазы большей частью проживают в таких провинциях как Сакарья, Дюзже, Эскишехир, Самсун, Йозгат, Чорум, Токат, Адана, Сивас и Зонгулдак. Самая большая по протяженности расселения община абаза находится в Кайсери, по некоторым оценкам численность людей с абазинско-абхазскими корнями здесь достигает 10 тысяч человек. Известные в Турции под именем абаза-апсуа абхазы наиболее плотно расселены во внутренних районах на западе Турции (Измит, Адапазары, Дюздже, Болу, Бурса-Инегёль, Кютахья, Биледжик и Эскишехир), а известные в России под именем «абазин» абаза расселены во внутренней части восточного региона (Биледжик, Эскишехир, Самсун, Амасья, Токат, Йозгат, Сивас, Кайсери, Адана) (4).

Абазины, проживающие в России, неоднозначно воспринимают сам факт миграции своих предков в Османскую Империю. Во время социологических опросов, проводимых нами в абазинских населенных пунктах Карачаево-Черкесии они давали развернутые ответы по многим темам, касаясь и вопросов исламской миграции. Например, респондент из аула Апсуа (1964 г.р., муж.) говорит: «На протяжении всей истории наш народ страдал от политического влияния иностранных сил. Мы очень ослабли из-за турок, если бы не они, наши абазины не стали бы воевать против России и не ушли бы в таком количестве за рубеж. Нельзя забывать о том, что в 1862 году весь наш аул, в подавляющем большинстве, ушел в Турцию» . В то же время этот же респондент отмечает, что «Абазины, ушедшие в Турцию, сохранили больше своих традиций» (5). Респонденты отмечают, что исламский фактор сыграл положительную роль в консолидации турецкой зарубежной общины. Однако в последние десятилетия, под натиском глобализации, происходят серьезные изменения, молодое поколение турецких абазин начинает утрачивать традиции предков, в первую очередь теряя родной язык.

Современные тенденции в динамике развития абазинской общины позволяют сделать предположение, что позиции и роль ислама будут укрепляться. В современной официальной политике Турции ислам становится все более важным ориентиром общественного развития. Можно с большой уверенностью предположить, что связи абазинской общины России с турецкой абазинской общиной будут продолжать развиваться и в дальнейшем приведут к еще большему укреплению позиций ислама и влиянию исламского фактора на многие сферы жизни абазин в России.

Примечания:
1. Отчет о действиях и занятиях войск на Кавказе с весны 1861 до весны 1862 г. // Акты, собранные Кавказской Археографической Комиссией (АКАК). Том 12, с. 685.
2. Arife Kabil. İşte Türkiye’nin dil haritası. Zaman, 17 Kasım 2013.
3. Кущба Ерол. Кавказская диаспора в Турции // «Кавказский дом», 30.11.2011. http://intercircass.org/?p=412
4. Ferzan Firuze Sarpkaya. Abazaca ilk sınıf acıldı // http://1mart2003.com/makale/ferzan-firuze-sarpkaya/abazaca/935.html
5. Материалы социологических опросов в населенных пунктах Карачаево-Черкесской Республики, 2011-202012 гг. Архив автора.

Продолжение следует

Надежда Емельянова,
Специально для сайта «Страна Абаза»

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники